В статье:
Cсылка скрыта. Для просмотра необходима регистрация на форуме или войдите на форум.Правильно написано, наш человек обратиться к психологу в крайнем случае. Не дай бог от бессонницы выпишут пилюли, уволят с работы и заберут ружьё.

Удивляюсь, как это мы ещё умудряемся проходить всех этих специалистов и оставаться охотниками?
— У нас в отношении душевных расстройств существует перестраховка — вот этот подход менять надо. Система должна встречать человека не по одежде диагноза, должна быть способной анализировать каждую ситуацию отдельно. Однажды ко мне на консультацию направили пожилого человека, который хранил семейную реликвию — ружье, принесенное его дедом как трофей после Великой Отечественной войны. Сначала дед нес ответственность за это ружье, потом отец, а когда и отца не стало, ружье перешло по наследству внуку. Он пришел в райотдел милиции, который выдает и продлевает разрешения на хранение оружия, но оказалось, что на мужчину заведена карточка — у психотерапевта поликлиники, а поэтому он должен пройти специальную комиссию в диспансере, чтобы узнать, может ли он носить оружие. Как человек попал к психиатру? За четыре года до этого на даче ему на палец руки упала бетонная плита. Повреждение очень болезненное, человека мучила бессонница. И психотерапевт в поликлинике выписал лекарство, которое ему помогало заснуть. То, что у нас возможна эта история, объясняется как раз формализованным подходом.
Мой друг живет в Британии, у него есть серьезное душевное расстройство, связанное с перепадами настроения. Бывают тяжелые подавленности, а через какое-то время — эпизоды неадекватно повышенного настроения, когда он не может себя контролировать. Он очень гордится своей страной, потому что может подойти к своему начальнику, если чувствует ухудшение, а тот отпускает его на неделю — сходить к доктору и скорректировать лечение. При этом у этого знакомого есть права на вождение мотоцикла, лицензия на обучение молодых людей вождению мотоцикла, а еще он преподаватель математики и английского языка у трудновоспитуемых подростков, для которых английский не является родным. У него очень серьезный профессиональный вызов, семья, дети, и он абсолютно справляется. Нам тоже нужно идти к тому, чтобы заключение по разрешению — запрещению какой-то деятельности давали не по диагнозу, а по состоянию человека.